call-1


+7 (495) 649-18-23
Уполномоченный при Президенте РФ по защите прав предпринимателей

Борис Титов: «Стратегия роста» основана на конкретных потребностях бизнеса


Уполномоченный по правам предпринимателей в РФ рассказал в интервью ТАСС о регулировании тарифов, ожиданиях бизнеса и судебной реформе

Уполномоченный по правам предпринимателей в РФ Борис Титов рассказал в интервью ТАСС на полях Петербургского международного экономического форума (ПМЭФ) об основных направлениях представленной президенту РФ "Стратегии роста", а также о том, какие ожидания у бизнеса в преддверии нового политического цикла. 

- На днях вы представили президенту РФ свою стратегию экономического развития страны. Но также свою программу представил и глава ЦСР Алексей Кудрин. Программы очень разные, можно ли их в какой-то форме уже осветить?

- Действительно, наши программы очень отличаются друг от друга, в том числе в них обозначены разные ориентиры и заданы разные планки. В нашей же программе сформированы конкретные практические задачи для избавления от сырьевой зависимости и перехода к современной, индивидуальной, частной экономике, которая позволит нам развиваться вне зависимости от экспорта сырья. Также мы принципиально настаиваем на мягкой денежно-кредитной политике, поддерживающей развитие экономики, весь мир пошел по этому пути. К сожалению, Центральный банк идет против этого вектора и против мирового вектора. Мы с этим не согласны. Предложения по стратегии развития России будут сведены в объединенную программу

Наша программа, в отличие от стратегии ЦСР,  подразумевает больше детальные предложения в части развития бизнеса. Сегодня у бизнеса очень много практических материальных проблем, которые не дают развиваться. Мы видим эти проблемы. И главная проблема сегодня в том, что упала доходность. Первый звонок был еще в 2011 году, потом в 2013-м. Еще до нефтяного кризиса стало ясно, что инвестиции больше не идут, потому что это не выгодно, так как выросли тарифы, налоги, процентная ставка по кредитам, заработные платы выросли намного быстрее, чем производительность труда в стране, то есть страна стала невыгодной для бизнеса. Мы предлагаем целый комплекс мер для снижения стоимости кредитов, тарифов, которые, по нашему мнению, сегодня реально завышенные.

- Тарифная реформа для вас является очень важной?

- Так же, как и другие. Это комплексная программа, и решая одну проблему без другой, мы, конечно, не получим желаемого результата.  Мы считаем, что сегодня в электроэнергетике только за счет сетевой составляющей тариф завышен почти на 28%. Мы провели исследование и изучили, в каких регионах какие тарифы объективны. И, например, представления нашего доклада по Карелии привело к тому, что и. о. губернатора Артур Парфенчиков уволил руководителя Региональной энергетической компании и после этого снизил тариф.

- В Коми тоже достаточно известный случай с этим...

- Конечно, поэтому нужно работать государственными волевыми методами, потому что это именно чиновники завышали тарифы.

- На ваш взгляд, тарифы – это коррупционная история или экономическая?

- Конечно, существующая технология установления тарифов вызывает очень много вопросов. Мы предлагаем взять паузу. Мы считаем, что в сегодняшней ситуации потенциал для заморозки тарифов на два года есть. Что, в свою очередь, окажет позитивное влияние на инфляцию. Кроме того, заморозка тарифов на два года - это время для определения нового порядка, новой технологии начисления тарифов. Мы считаем, что на первом этапе это должен быть федеральный центр, который утверждает тарифы по нескольким зональным ценовым группам.

- У вас есть какие-то наработки этой новой технологии определения тарифов?

- Сейчас у нас ведется разработка этой технологии. Это должна быть технология, которая исходит от себестоимости, потому что это все же монополии.

- Какие наиболее острые, наиболее наболевшие пожелания со стороны бизнеса были учтены в вашей стратегии?

- Это и налоговые предложения, и вопросы, связанные с регулированием  контрольно-надзорной деятельностью - МЧС, Ростехнадзор, имущественные отношения. Туда вошли проблемы малого бизнеса, самозанятых, вопросы нестационарных торговых объектов, что их нельзя сносить и нужно принимать закон о нестационарной мобильной торговле. Мы учли, что надо давать небольшие льготы малому бизнесу, давать ему рассрочку – вначале не взыскивать полные суммы налога на прибыль, если компания только регистрируется на общем режиме налогообложения.

- Если говорить про денежно-кредитную политику, создает ли она благоприятные условия для ведения бизнеса, какие основные риски вы видите при сохранении нынешнего курса рубля и тех тенденций на рынке нефти, которые сейчас есть?

- Рубль явно завышен. На совещании у президента я говорил, что рубль и инфляция – это две связанные между собой вещи. Мы импортируем инфляцию вместе с импортом товаров. Поэтому мы и считаем, что курс у нас явно завышен. Центральный банк допустил достаточно искусственное укрепление рубля. Мы говорили о том, что это грозит достаточно резкой волатильностью.  

- Риски сейчас заключаются в переукрепленности и в избыточной волатильности рубля?

- Рубль на первом этапе реформ, пока еще нет устойчивого роста, мы только выходим на эту траекторию, должен быть чуть-чуть ниже равновесного, потому что это стимулирует и повышает конкурентоспособность наших товаров на внутреннем рынке, стимулирует экспорт. Поэтому на первом этапе - до 2020 года - курс должен все-таки поддерживаться чуть-чуть ниже равновесного. Мы только за свободный рубль, более того, мы критикуем Центральный банк за то, что они слишком поздно отказались от коридора. Мы говорим о том, что ЦБ или Минфин могут выходить на рынок тогда, когда слишком сильное укрепление рубля, чтобы поддерживать этот чуть ниже равновесного уровень.  

- В вашей стратегии есть и предложения о судебной реформе. В чем они заключаются?

- Один из основных рисков для нашей экономики - непрофессиональность судебной системы. Те судьи, которые принимают решения, часто не компетентны в экономической сфере. Поэтому их решениями очень легко манипулировать.

Мы должны глобально для бизнеса решить вопрос крупного третейского суда, который бы набирал именно профессиональных судей. Это одна из частей наших предложений. Этому третейскому суду можно дать возможность судить и административные дела, то есть отношения между бизнесом и государством.

Кроме этого, мы согласны с предложением Верховного суда разделить судебные инстанции, апелляционные и кассационные вывести из того региона, где первая инстанция. Конечно, нужно менять и кадровый состав судей. Мы предложили, чтобы уже в ближайшее время больше тысячи адвокатов были взяты на работу на позицию судей, потому что сейчас пока абсолютное большинство судей растут внутри конторы от секретарей судов, не имеют никакого другого опыта - ни жизненного, ни юридического.

Также для бизнеса очень важен суд присяжных, как минимум по одной очень важной статье "Мошенничество". Для того чтобы доказать умысел, необходим суд присяжных. Хотя бы для крупных дел.

Это только часть тех предложений, которые вошли в нашу стратегию роста.

- За время вашей работы на посту Уполномоченного по правам предпринимателей наблюдаете ли Вы положительную динамку в уголовном вопросе?

- Если говорить о самой большой головной боли на сегодняшний день - уголовному преследованию бизнеса - то здесь наступает небольшой, но пока еще очень неустойчивый  перелом. За этот год впервые не выросло количество дел, возбужденных по экономическим статьям. Оно не уменьшилось, но и не выросло.

Кроме этого, в СИЗО находится на 24% меньше предпринимателей. За год мы увидели и в этом позитивный тренд. Также впервые снизилось количество предпринимателей, находящихся на стадии предварительного следствия в СИЗО, возросло под домашним арестом. Но это тоже положительный тренд, потому что мы выступаем за то, что надо не изолировать от общества, а применять другие меры пресечения.

- Звучали еще и ваши предложения сократить сроки предварительного следствия.

- Да, мы говорим о том, что находиться под арестом любой человек, не только предприниматель может только один раз, и суд может принимать решение о продлении только один раз. Но если он хочет продлевать второй раз нахождение в СИЗО на стадии предварительного следствия или под судом, то тогда нужно решение уже более высокой судебной инстанции. А если третий раз, то тогда уже сам Верховный суд должен определить это. Тогда это резко сократит количество людей, которые находятся под арестом на стадии "пока еще не доказана их вина".

- Через какое-то время мы будем входить в политический цикл. Так как вы представляете мнение предпринимателей, по вашей оценке, с каким настроением предприниматели входят в этот политический цикл, как они будут голосовать, что их отличает?

- Мне кажется, что сейчас есть и скептицизм, и некоторые слабые ростки оптимизма насчет будущего, и непонимание происходящего. Думаю, что большинство предпринимателей, а это основано на данных социологического исследования, беспокоит неопределенность экономической ситуации. Это первое место из всех проблем, на которые указал бизнес. 

- Что должно дать бизнесменам чувство определенности, с вашей точки зрения? Потому что ситуация неопределенности существует еще с 1991 года.

- Ну, определенность по мнению Минэкономразвития, и по нашему мнению – совершенно разные вещи. Минэкономразвития, так же, как Центральный банк, говорит, что определенность - это инфляция в 4%. Но это не так. Макроэкономическая стабильность  - не есть определенность для бизнеса. Это - как удобно стоять. А куда идти – это совершенно другие вещи. Определенность для бизнеса - это конкретное понимание, где они работают и за счет чего будет развиваться экономика, каков план. И понимание, кто за этот план отвечает. 

Беседовала Лана Самарина